Полная потрясений жизнь в стремлении к общественному благуСибусава Эйити родился 13 февраля 1840 года. Он был старшим сыном в зажиточной крестьянской семье в нынешнем районе Тиараидзима города Фукая в префектуре Сайтама. Помимо возделывания суходольных полей и разведения тутового шелкопряда, семья занималась производством и продажей коконов шелкопряда. Помогая в закупках и других делах семейного бизнеса, он прекрасно развил в себе коммерческую жилку. С семи лет Эйити изучал «Лунь юй» («Беседы и суждения» Конфуция) и историю вместе со своим двоюродным братом Одаки Дзюнтю (впоследствии первым директором шелкопрядильной фабрики Томиока). По исполнении 12 лет на время перерывов в сельскохозяйственных работах Эйити стал приезжать в Эдо, где посещал школу выдающегося конфуцианца Кайхо Гёсона, школу классического боевого искусства Хакусин Итто-рю Тибы Эйдзиро (линия Гэмбукан) и другие учебные заведения, осваивая как письменность, так и военное дело.
Эйити и на своей малой родине, и в Эдо общался с рьяными патриотами и стал проникаться идеями возвращения власти императору и изгнания иноземцев. Вместе с Отако и другими он участвовал в заговорах взятия замка Такасаки и поджога Йокогамы, однако эти попытки так ни к чему и не привели. После этого, словно спасаясь бегством, он отправился в Киото, где стал служить Хитоцубаси Ёсинобу (впоследствии Токугава Ёсинобу), чтобы обеспечить собственную безопасность. Там он добился успехов, выполняя важную работу – реформирование хозяйства.
В 1867 году он сопровождал Токугаву Акитакэ (с 1868 года правителя княжества Мито), посланника сёгуната на Всемирной выставке в Париже, представителя 15-го и последнего сёгуна Токугавы Ёсинобу. По окончании выставки, побывав в нескольких странах Запада, он остался на стажировке в Париже вместе с Акитакэ. Таким образом, в течение полутора лет Сибусава знакомился с общественной системой и экономической деятельностью передовых стран.
Вернувшись на родину с наступлением эпохи Мэйдзи, Сибусава основал в княжестве Сидзуока, куда был направлен глава клана Токугава, организацию, совмещавшую функции банка и торгового дома. После этого по приглашению правительства Мэйдзи он стал служить в Министерстве народных дел (впоследствии – Министерство финансов). Служа на ответственных постах, он выполнял роль ключевой фигуры в работе по созданию новых государственных механизмов – в частности, в принятии уставов государственных банков, системы мер и весов, учреждении шелкопрядильной фабрики Томиока и т. п.
В 1873 году, оставив работу в Министерстве финансов, Сибусава занялся экономической деятельностью в качестве частного лица. В качестве главного инспектора (а затем главы) Первого национального банка (ныне банк «Мидзухо»), в создании которого он принял деятельное участие, Сибусава приложил силы к учреждению и развитию предприятий, организационной формой которых было объединение капиталов (иначе говоря, акционерных компаний). За свою жизнь он имел отношение к учреждению и работе приблизительно пяти тысяч предприятий.
До самой смерти 11 ноября 1931 года в возрасте 91 года Эйити, не жалея сил, занимался оказанием помощи органам образования и социально значимому бизнесу, а также принимал деятельное участие в народной дипломатии. Эта работа затронула около 600 общественно значимых деловых начинаний. Заслужив высокую оценку всей своей жизнью как человек, приоритетом для которого служит не личная выгода, а общественная польза, в качестве финансиста Сибусава был удостоен высочайшей награды – ему был пожалован титул виконта.
Убеждения, пронесённые сквозь смену эпохНачав с идей возвращения власти императору и изгнания иноземцев, Сибусава Эйити в качестве вассала сёгуната изучал западную культуру. После этого он вошёл в правительство Мэйдзи, свергнувшее сёгунат. Жизнь Сибусавы – это череда резких поворотов.
А ещё на протяжении более 50 лет Сибусава занимался Токийским детским домом – учреждением защиты и опеки для нуждающихся, сирот и инвалидов. Он участвовал в управлении с 1874 года, а в 1886 году был назначен управляющим делами этого детского дома. В 1885 году со сменой законодательства об управлении детскими домами Сибусава стал его директором. С тех пор он продолжал находиться на этом посту до самой смерти.
Социальная деятельность, с которой был связан Сибусава, по-настоящему многообразна. В сфере благосостояния и медицины, помимо Токийского детского дома, он был сотрудником при учреждении Филантропической компании, которая является предшественницей Японского общества Красного Креста, а также имел отношение к работе целого ряда разнообразных общественных объединений. Когда произошло Великое землетрясение Канто, в качестве частного лица он сформировал организацию под названием «Общество стабилизации после Великого землетрясения», в котором на посту заместителя председателя возглавлял работы по оказанию помощи и восстановлению.
В области поддержки образования он всемерно содействовал работе первой в Японии специализированной школы бизнеса под названием «Курсы правил торговли» (ныне Университет Хитоцубаси), а также работал директором Токийского женского колледжа, директором Японского женского института и других организаций, содействуя развитию отнюдь не обычных по тем временам начинаний: обучению бизнесу и женскому образованию.
В дополнение, Сибусава играл большую роль и в так называемой «народной дипломатии». Особенно много усилий он приложил к восстановлению отношений Японии с США, разладившихся после Русско-японской войны. Особую известность получили «кукольные обмены» в 1927 году, когда обострилась проблема негативного отношения к мигрантам из Японии. Этой деятельностью занималось учреждённое Сибусавой Японское общество международной детской дружбы. По всей Японии были распространены 12 тысяч «голубоглазых кукол», подаренных Американским обществом международной детской дружбы, а в ответ США получили в подарок 58 японских кукол. Замысел этой работы состоял в том, чтобы в будущем прийти к дружбе и добрососедству Японии и США благодаря сердечным связям между детьми обеих стран.
Сибусаву Эйити, который за свою жизнь приложил руку к учреждению и управлению примерно пятью тысячами предприятий, называют «отцом японского капитализма». Вместе с тем, число социально ориентированных начинаний, к которым имел отношение Сибусава, составляет около шестисот.
Источник Индиго - один из древнейших растительных красителей, известных человечеству.
Природный индиго получают из листьев растений, содержащих особое вещество - индикан. В Индии и Африке это indigofera tinctoria, на Дальнем востоке, в частности, в Японии - persicaria tinctoria.
Для Японии индиго стал чем-то большим, чем просто материалом для окраски тканей.
Долгая и удивительная история использования индиго разными сословиями – от правителей до крестьян – сделала его настоящим национальным цветом и символом японского мироощущения.
Глубокий синий цвет с легким зеленоватым отливом настолько прочно стал ассоциироваться с Японией, что прославился во всем мире как «японский синий». А японская технология крашения индиго (айдзомэ) превратилась в классическое ремесло.
ИСТОРИЯ ИНДИГО В ЯПОНИИТочное время появления индиго в Японии не установлено, но считается, что краситель попал в страну либо по Шелковому пути, либо из древнего Китая. Поскольку синий цвет был редким и очень ценным, индиго быстро завоевал любовь привилегированных классов – правителей и аристократов.
К XII в. одежда, окрашенная индиго, дополнила военные костюмы самураев.
Красителю приписывались разные полезные свойства: антибактериальная защита, отпугивание насекомых и змей, противовоспалительный и даже кровоостанавливающий эффект. Это делало индиго прекрасным выбором для людей, проводивших много времени в военных походах.
Кроме того, популярный темный оттенок индиго в то время назывался «кати», что созвучно японскому слову «победа». Воины придавали этому символическое значение, веря в защитную и победоносную силу синего цвета.
Пик популярности индиго пришелся на период Эдо (1603-1868 гг.), когда он стал основным цветом одежды простолюдинов. Из-за сословных ограничений крестьянам не разрешалось носить яркие чистые цвета, да и доступа к дорогим материалам они не имели.
Шелковые ткани также были под запретом – простым людям полагалось носить хлопок, лен, коноплю, одежду из плюща и крапивы. На эти грубоватые натуральные ткани индиго, в отличие от шелка, ложился легко и крепко.
В синий цвет окрашивали повседневные женские и мужские кимоно, брюки, юбки, покрывала, скатерти и занавески. Выяснилось, что индиго, помимо прочего, прекрасно защищает от жары и обладает огнестойкостью. Крестьяне верили, что благодаря многократному окрашиванию ткань становится прочнее и долговечнее – незаменимые преимущества в условиях ежедневного тяжелого труда.
С появлением синтетических красителей в конце периода Мэйдзи (1868-1912 гг.) айдзомэ постепенно утратило популярность. На сегодняшний день очень небольшое количество ремесленников и локальных дизайнеров сохраняют эту традицию.
Более подробно
ЗДЕСЬ
